Текст: Юлия Зубова, руководитель Академии городских технологий «Среда»
Для многих российских регионов классический сценарий успеха для выпускника школы или молодого специалиста выглядит следующим образом: уехать в крупный город и строить там жизнь. В последнее время масштаб миграции внутри страны достиг критических значений: если текущий тренд сохранится, сотни малых городов исчезнут с карты России. Это не просто демографическая статистика, а фундаментальный вызов для экономической устойчивости территорий.
Процесс миграции обусловлен стремлением молодежи к реализации своего потенциала в регионах с более высоким качеством жизни, развитой инфраструктурой и конкурентными рынками труда. Главными точками притяжения молодых людей являются Москва, Санкт-Петербург, Южный федеральный округ, а также крупные областные центры, где сосредоточены вузы, бизнес-среда и квалифицированные рабочие места.
Решение о переезде молодые люди принимают, как правило, еще в школе. Как показывают опросы, 70% выпускников в малых городах рассматривают отъезд в крупный центр как основной жизненный сценарий. Причем речь идет о «безвозвратной миграции»: только за последнее десятилетие доля молодых людей, которые уезжают с намерением никогда не возвращаться, выросла с 44% до 73%.
Для людей в возрасте 15–35 лет это, возможно, рациональный шаг. Молодежь «выталкивают» из родных регионов не столько романтические мечты о столичной жизни, сколько жесткая экономическая целесообразность. В малых городах рынок труда крайне узок: найти интересную и высокооплачиваемую работу там практически невозможно. Уезжая из родного города, молодые люди, конечно, рискуют. Однако если выпускник школы или института остается, то его ждет гарантированная стагнация.
Еще одна проблема, вытекающая из первой — жилищный вопрос. Низкие доходы делают покупку жилья невозможной для большинства молодых людей. Многие регионы, например Тамбов, стараются сделать жилье доступнее для молодежи, включая в стратегии различные льготы и субсидии. Но без нормальной работы воспользоваться этими преференциями людям невозможно. При этом покупка недвижимости в депрессивном регионе становится не инвестицией, а заморозкой денег в неликвидном активе.
Инвестиционные потоки в жилье напрямую зависят от миграции. В выбывающих регионах девелоперы сворачивают активность: целевая аудитория просто уезжает, и спрос проседает. В итоге дефицит качественного жилья становится не причиной оттока, а его следствием, и изменить это одними стройками невозможно — нужны параллельные вложения в городскую среду.
Если подытожить, то вектор миграции ориентирован на четкие приоритеты. На первом месте — рынок труда с возможностью работать по интересной специальности, карьерным ростом и высокими зарплатами. Однако исключительно экономическими факторами логику переезда не объяснить. Молодые специалисты голосуют за среду обитания: разнообразие культурных мероприятий, развитую спортивную инфраструктуру и доступный досуг. Именно сочетание карьерных и жизненных перспектив делает крупные города «магнитами», притягивающими молодежь.
Демографический парадокс Нефтеюганска
В качестве конкретного примера можно взять Ханты-Мансийский автономный округ, где демографическая угроза перестала быть абстрактным сценарием. Особенно остро проблема встала в Нефтеюганском районе — муниципалитете, где экономика исторически привязана к нефтегазовому комплексу. Стоит отметить, что с точки зрения демографии ситуация в ХМАО нестандартная. С одной стороны, в регион едут молодые специалисты из других субъектов, чтобы заработать в нефтегазовом секторе. В то же время почти 40% местной молодежи в возрасте 14–35 лет не видят для себя перспектив в округе. Югра воспринимается не как постоянное место жительства, а как временная точка — территория, где можно заработать, накопить и уехать туда, где есть настоящая городская среда и будущее для детей.
Власти региона давно осознали риск демографической угрозы. Несколько лет назад по заказу администрации Нефтеюганского района была разработана стратегия социально-экономического развития до 2036 года, где ставка сделана на качество жизни. Ключевая цель — остановить отток, превратив регион из промышленной площадки в пространство полноценной жизни.
Важным элементом для удержания населения стала возможность найти работу вне нефтяной отрасли. До сих пор основные альтернативы — бюджетный сектор или низкооплачиваемые позиции в малом бизнесе. В новой стратегии ставка делается на диверсификацию экономики и создание устойчивых точек роста, не связанных напрямую с добычей углеводородов.
Два года назад была актуализирована инвестиционная карта района: выделено шесть площадок общей площадью 6,4 га под автосервис, гаражные кооперативы и бытовое обслуживание. Это отвечает растущему спросу на качественные сервисные услуги и создает локальные рабочие места. Еще одним ключевым направлением стал внутренний туризм. В мае 2024 года была утверждена концепция его развития до 2030 года, ориентированная на событийный и экологический туризм. Это открывает возможности для занятости в сферах гостеприимства и креативных индустрий.
Кроме того, особое внимание теперь уделяется социальному предпринимательству. Уже два субъекта в районе получили официальный статус социальных предприятий, а флагманский проект «Точка роста социального предпринимательства» популяризирует эту модель. Параллельно развивается промышленность: в поселке Сингапае реализуется проект цеха деревообработки и разработана дорожная карта по производству строительных материалов из вторичного сырья. Такие инициативы формируют новые профессии — от технологов до логистов. Это не замена нефти, но важная альтернатива для тех, кто не хочет уезжать на вахту.
Второе направление стратегии — городская среда. Особое внимание уделено образованию. Для поколения, выросшего в эпоху социальных сетей, наличие общественных пространств — не каприз, а базовое условие. В позапрошлом году в поселке Куть-Ях открыли парк «Зеленый остров», построили скейт-парки и зоны воркаута. Планируется строительство новой школы с безбарьерной средой на 900 мест в Пойковском, все школы подключены к высокоскоростному интернету. Но запрос на городскую инфраструктуру в этом регионе все еще опережает предложение.
Третий важный момент — жилье. Цены на квартиры в Нефтеюганске далеко не самые высокие в стране: по данным сервиса «Домклик», средняя стоимость квадратного метра на первичном рынке Нефтеюганска составляет 127 тыс. рублей — вдвое дешевле, чем в Санкт-Петербурге. Однако качественного жилья в городе мало, а молодые семьи хотят растить детей в комфортной среде. Более того, Нефтеюганск часто занимает лидирующие позиции в рейтингах по снижению цен на жилье, тогда как, например, в соседнем Сургуте ситуация остается стабильной. Это подтверждает тезис о том, что недвижимость в депрессивных регионах рискует стать не инвестицией, а заморозкой капитала.
Ситуация постепенно меняется: только в 2024 году в районе расселили более 12 тыс. кв. м аварийного фонда и ввели свыше 29 тыс. кв. м нового жилья. Однако даже этих темпов недостаточно. Без масштабной программы доступного жилья с фокусом на компактные форматы — студии, таунхаусы — и с участием частных инвесторов удержать молодых специалистов будет невозможно. Рынок требует не просто «коробки», а комфортного жилья для жизни.
Региональные модели: фокус на экономику или качество жизни
Впрочем, каждый регион имеет свою специфику — от географии и климата до структуры экономики. Поэтому проблемы оттока молодежи и пути их решения глобально похожи, но в деталях могут значительно различаться. Опыт разработки стратегий социально-экономического развития для таких территорий, как Тамбов и Гусевский городской округ в Калининградской области, показывает разнообразие подходов.
Так, в Гусевском округе фокус сделан на переходе к высокотехнологичному производству: запущены «Агротехнопарк» (переход АПК к инновациям к 2028–2030 годам) и «Научно-технологический кластер в сфере микроэлектроники» с тем же горизонтом. Муниципалитет работает с инвесторами как с партнерами: информационная и консультационная поддержка, полное сопровождение проектов. Компания «Атлантис» (участник госпрограммы «ВостокИнвест») получила одобрение на 125,4 млн рублей, включая 100 млн — в виде льготного займа; из 10 заявок трем предприятиям округа дали «зеленый свет». Это создает рабочие места для молодых специалистов в агро- и IT-секторах, а также развивает школу креативных индустрий и форумы для бизнеса.
В Тамбове акцент сделан на городской среде и наследии. В рамках проекта «Возрождение исторического центра» обновили улицы Октябрьскую и Коммунальную, которую называют «Тамбовским Арбатом». Там убрали разномастные ларьки и рекламу, визуальный хаос, ввели строгий дизайн-код для точек общепита, торговли и рекламных щитов. Теперь исторический центр Тамбова — это современное благоустроенное пространство с сохранением купеческого колорита и точками притяжения: выставками, музеями, событийными площадками. А набережная реки Студенец получила 107 млн рублей по итогам Всероссийского конкурса в рамках нацпроекта «Инфраструктура для жизни» — сейчас завершается проектирование. Параллельно запущены веломаршруты «Компас», соединяющие северные районы с центром, благоустроен парк «Дружба», а также подготовлен каталог из 10 объектов культурного наследия с инвестиционным потенциалом. В совокупности эти инициативы создали новые точки притяжения и заметно усилили городскую привлекательность для молодежи — как для досуга, так и для неформальной работы и встреч.
От декларации к реальности
Стратегии, подобные реализованным в Нефтеюганске, Тамбове или Гусеве — это не просто декларации о намерениях, а практические дорожные карты. Однако их успех зависит не только от воли местных властей. Без синхронизации с региональными и федеральными программами, без координации усилий бизнеса и общества даже самые проработанные локальные инициативы рискуют остаться фрагментарными и не дать системного эффекта.
Ключевой вывод для всех регионов заключается в необходимости выстраивания устойчивой связки «доступное жилье — комфортная среда — интересная работа». Если удастся реализовать эту формулу на практике, то через 5–10 лет миграционный отток может смениться притоком.
Журнал "Муниципалитет" для руководителей и специалистов местного самоуправления, 6/2026, с. 3-9.
